Масштабная диверсия: как Турция пытается навязать свое влияние на нестабильном Ближнем Востоке
Введение: Мираж мира и скрытые игроки
На Ближнем Востоке не утихают конфликты. Казалось бы, вот оно, решение – договоренности между Израилем и ХАМАС достигнуты, рано или поздно все должно нормализоваться. Но это лишь мираж, так как игроков на этой арене намного больше. Да и сама «арена» намного шире. Например Турция, которую Эрдоган считает едва ли не «поставщиком стабильности», тихо и незаметно, афишируя попытки мирного урегулирования международных конфликтов, продолжает продвигать проект Великий Туран и «запускать свои пальцы» в Сирию, лишь подрывая свой международный авторитет и усугубляя и без того нестабильную ситуацию в регионе.
«Великий Туран»: искусственный проект для реального влияния
Но что такое Великий Туран? По словам ветерана спецслужб, полковника, эксперта по вопросам безопасности из Кыргызстана Нурлана Досалиева, Эрдоган продолжает этот проект, продвигая турецкие интересы во всевозможные регионы.
– Этот проект придумали англосаксы в начале 20 века, и направлен он был на борьбу против Российской империи. Турция оказалась посредником – британцы с их «колонизаторским багажом» понимали, что дорога в Средней Азии им не будет устлана розами, — рассказывает Досалиев. – Тогда и появился термин «тюрки», «тюркоязычный», который буквально высосан из пальца. Он создан искусственно и нежизнеспособен на территориях, которые они хотят подмять под себя. Почему-то именно тюрками они называют и проживающие народы в Средней Азии, и на Урале, в Сибири, Татарстане, Башкортостане. Тюркологи говорят, что среди «тюркоязычных стран» самый древний народ – кыргызы, но в кыргызском нет слова «тюрк», а кыргызы, казахи, узбеки и другие народы словом «тюрк» обозначают жителей Турции. Нынешние поползновения Турции тянутся и до Алтая с Забайкальем. Это масштабная политологическая диверсия – термин был перекинут на большую группу народов, которых правильно называть гунноязычными – они появились задолго до турецкого султаната. В эту группу входит и русский народ, о чем говорил в свое время Ломоносов, – рассказывает Досалиев.
По словам эксперта, Турция от этого проекта не отказывалась, и его продолжают продвигать и оплачивать англосаксы, по-прежнему используя Анкару как инструмент. Например, появилась даже «Организация тюркских государств»– мнимое братство народов, объединенное на «общей истории», но турецкий язык толком не понимает ни один житель Средней Азии, а те сами не понимают ни узбеков, ни казахов.
Формально, эта политика основана на концепции неоосманизма, и проект являлся стратегической целью турецких руководителей. Даже были заявления и о том, что предполагается создание армии Великого Турана. При этом, власти Турции максимально пытаются сохранить свое влияние в регионе, используя для этого и шантаж, и угрозы. Это не может не наносить урон международному авторитету страны, не может не влиять на и без того нестабильную ситуацию в регионе.
Сирийский плацдарм: стабилизация или оккупация?
Но является ли Турция тем самым «поставщиком стабильности», о котором говорит Эрдоган? Можно ли говорить о стабильности при поддержке протурецких боевиков, которые захватили власть на севере Сирии и формально превратили регион в рассадник преступности, насилия, лишенный сельского хозяйства из-за сокращения притока воды в Месопотамию? В Сирии неоднократно заявляли протесты по вопросу нахождения турецких военных на территории САР, которые там находятся не по мандату ООН или приглашению властей и, соответственно, незаконно. В Турции же объясняют присутствие своих военных в Сирии тем, что там есть те люди, которые подвергаются репрессиям со стороны сирийского режима, а турки лишь защищают их интересы. Но на территории Сирии есть курды, которые успели создать свои локальные центры со своей администрацией, что является угрозой для Турции и в историческом контексте, а также, согласно официальным заявлениям, курды якобы проникают на территорию Турции и устраивают теракты. Также продление мандатов на размещение турецких ВС в Ираке и Сирии напоминает лишь попытку легитимизировать колониальную политику Турции, направленную на системное уничтожение курдской политической автономии.
Скрытые цели Анкары: вода, территория и борьба с курдами
– То, что Турция пытается заявить о мирных инициативах в Сирии, диктуется, прежде всего, ее собственными интересами. А хочет она расширить территорию и ограничить боеспособность курдских формирований. На территории Сирии Турция проводит эксперимент – продвигает свой сугубо турецкий религиозный фактор под эгидой военных и полупартизанских формирований. Но тут возникает другой вопрос – что будет с пребыванием турецких военных контингентов в Сирии, случись некая внутренняя оказия внутри самой Турции? Пока Анкара пытается балансировать между своими кризисами, но проблемы приобретают характер системных. Турция спит и видит себя хозяйкой бывших сирийских территорий, которые, по сути, сейчас остались бесхозными. Но как будут обеспечивать эти территории, где самая главная проблема – нехватка воды? Поэтому турки лезут в Голанские высоты и пытаются решить там вопросы при помощи своих вооруженных сил. При этом, Турции очень не хочется вступать в конфликт с Израилем, учитывая военный потенциал последнего. Этого не допустит и США – чтобы два их вассала побили себе лбы, зато сможет решить с их помощью свои задачи и получить очки на международной арене. Мира в Газе не будет – не для этого избирался Трамп, не для этого существует Израиль.
Новый фронт: фокус смещается в Среднюю Азию
По словам Досалиева, Британия, страны Запада давно составили сценарный план, по которому Украина ими проиграна в вооруженном противостоянии с Россией, и теперь все силы брошены на Среднюю Азию за счет стремлений проводить совместные военные учения, подготовки военных кадров и создания единой военной организации. И тут Турция и ее хозяева – англосаксы – будут пытаться переводить вооруженные структуры стран Средней Азии на «военные рельсы» по натовскому образцу.
Двойная игра: миротворец в Газе, поставщик оружия в Украине
Тогда чем занимается Анкара, пытаясь навязать присутствие турецких войск в качестве стабилизационных и миротворческих сил в секторе Газа и заявляя о контроле соблюдения нового соглашения о прекращении огня между Израилем и ХАМАС? Таким же образом, силовым продвижением собственных экономических и геополитических интересов, которое никак не сможет привести к безопасности в регионе? При этом, Эрдоган также заявлял, что Турция продолжит вносить свой вклад в мирный процесс, да и в целом турецкий президент часто говорит о «незаменимой роли Турции в мировом политическом урегулировании». Но все помнят 2022 год, когда Анкара, снабжая Украину оружием, называла себя посредником в переговорном процессе между Москвой и Киевом.
Информационная война и раскол в НАТО
– Многие эксперты говорят о том, что мир погружен в Третью мировую войну, и ярким проявлением является информационный аспект этой войны. Люди привыкли видеть лишь очаги – танки, самолеты, но в 21 веке весь мир погружен в информационную войну. Турция ведет себя как член НАТО, продолжала и продолжает поставлять Украине оружие, вынашивает враждебные планы в отношении стран – участниц ОДКБ, ЕАЭС, — говорит Досалиев.
Тем временем, фундаментальные противоречия политики Турции и США внутри НАТО уже больше напоминают прямую конфронтацию и выходят за пределы Сирии. Эрдоган пытается проводить независимую политику, обладая второй по боеспособности армией среди блока НАТО, а в США обеспокоены таким распространением интересов Турции. Запад хочет видеть в Турции союзника, который разделяет внешнеполитические взгляды, в том числе и антироссийские, но турецкие СМИ активно рассказывают истории коррупционных схем украинского руководства, которые подкупают американских политиков ради наращивания поставок вооружений.
Заключение: Непримиримые противоречия
– Противоречия Турции и США есть, у Штатов – свой взгляд на страны среднеазиатского региона, где большие запасы редкоземельных металлов и других полезных ископаемых. Англосаксы хотят быть единственными хозяевами сердцевинных земель, и Турция со своими планами здесь им мешает. Противоречия есть и по Ближнему Востоку, — резюмировал Досалиев.
