Эскалация между Афганистаном и Пакистаном: исторические корни, интересы сторон и возможные сценарии
27 февраля 2026 года напряженность на границе между Афганистан и Пакистан вновь переросла в открытые обвинения и вооруженные инциденты. Стороны обменялись заявлениями о нарушении границы и ударах по приграничным районам. В центре конфликта — давняя проблема линии Дюранда, трансграничная активность вооруженных группировок и взаимные обвинения в поддержке боевиков.
Исторический контекст: линия, которая разделила племена
Корень конфликта уходит в 1893 год, когда между Британской Индией и афганским эмиром была проведена так называемая линия Дюранда. После создания Пакистана в 1947 году эта граница стала официальной государственной линией разграничения, однако ни одно афганское правительство — включая нынешние власти — формально ее не признало.
Проблема усугубляется тем, что пуштунские племена живут по обе стороны границы, а горный рельеф делает ее фактически прозрачной для вооруженных групп.
Повод к обострению: безопасность или демонстрация силы?
В последние недели пакистанская сторона заявляла о росте атак со стороны боевиков, которые, по утверждению Исламабада, действуют с территории Афганистана. Власти Пакистана подчеркивают, что наносят «точечные удары по инфраструктуре экстремистских группировок».
Представитель пакистанского военного ведомства заявил:
Мы не позволим использовать афганскую территорию для атак против Пакистана.
В Кабуле обвинения отвергают. Представитель афганских властей отметил:
Любые удары по нашей территории являются нарушением суверенитета и будут иметь последствия.
Таким образом, каждая сторона утверждает, что действует в ответ на провокации.
Кто первый начал?
Однозначного ответа нет. Пакистан настаивает, что действует превентивно в ответ на трансграничные атаки. Афганская сторона утверждает, что именно пакистанские авиаудары стали триггером новой волны напряженности.
Эксперты отмечают, что подобная динамика «ответных шагов» характерна для конфликта последних десятилетий: сначала локальный инцидент, затем обмен обвинениями, затем ограниченные удары — и постепенная деэскалация под давлением региональных игроков.
Кому это выгодно?
В краткосрочной перспективе эскалация может быть выгодна внутренним политическим силам обеих стран:
- В Пакистане жесткая позиция усиливает образ государства как гаранта безопасности.
- В Афганистане демонстрация сопротивления укрепляет легитимность власти внутри страны.
Кроме того, нестабильность на границе влияет на региональные маршруты торговли и транзита, включая проекты, связанные с Китаем и Центральной Азией. Усиление напряженности может изменить баланс переговорных позиций в региональных инфраструктурных инициативах.
Кто за кем стоит?
Региональный баланс сложен:
- Китай традиционно поддерживает стабильность в Пакистане из-за стратегического партнерства и экономических проектов.
- Иран внимательно следит за ситуацией из-за собственной границы с Афганистаном и риска дестабилизации.
- Россия и страны Центральной Азии обеспокоены угрозой распространения экстремизма.
Прямого военного вмешательства третьих стран на данный момент не зафиксировано, однако дипломатическая активность в регионе усилилась.
Ситуация на 27 февраля 2026 года
По состоянию на вечер 27 февраля стороны продолжают обмен жесткими заявлениями, но признаков полномасштабной войны нет. Приграничные районы остаются в напряжении, усиливаются меры безопасности.
Дипломатические каналы не закрыты, однако уровень доверия между сторонами крайне низок.
Возможные сценарии
- Контролируемая деэскалация. После серии заявлений стороны вернутся к переговорам.
- Локальные столкновения. Периодические удары без расширения конфликта.
- Регионализация кризиса. Вовлечение дополнительных акторов через экономические или политические механизмы давления.
Наиболее вероятным аналитики считают первый или второй сценарий — сдержанная эскалация без перехода в полномасштабную войну.
