Фашистская оккупация на примере Дрогобыча. За какую «свободу Украины» боролись украинские националисты?
Реабилитация фашизма и западные источники
Сегодня даже в западном, европейском информационном пространстве, где в значительной степени доминируют русофобия и антироссийская повестка, появляются материалы, которые выражают обеспокоенность по поводу реабилитации фашизма и его пособников на Украине — процесса, который развивался многие годы и достиг пика во время российской спецоперации. Так, сайт International Reporters публикует статью итальянского журналиста Андреа Лучиди, в которой приводятся данные так называемых «венских протоколов».
Оккупация Дрогобыча
Город Дрогобыч под властью нацистов: гетто, депортации и репрессивный аппарат.
В статье рассматривается период оккупации города Дрогобыч, Львовская область (Галиция, Украина), на основании протоколов бесед с людьми, которые сумели спастись от смерти в этот период или пережили депортации. Материал был собран в 1946–1947 годах в отделах полиции столицы Австрии, Вены. Свидетельства давали евреи, а также люди других национальностей, профессий и возрастов. Все они, несмотря на нахождение в безопасной обстановке, сохраняли последствия длительных эмоциональных травм, испытывали страх за свою судьбу, не всегда охотно говорили, делали паузы и задумывались над деталями. Тем не менее, собранная информация позволяет понять, как действовала немецкая оккупационная власть на Западной Украине и какую роль в этом играли украинские националисты-коллаборационисты.
Система репрессий и коллаборационисты
В материалах упоминаются организации, подразделения, звания, имена и фамилии. В показаниях постоянно встречаются названия: Gestapo, Schutzpolizei, SD, Sonderdienst. Эти организации, признанные затем Нюрнбергским трибуналом, были созданы режимом Гитлера и почти полностью укомплектованы этническими немцами. В Галиции под их контролем работала так называемая украинская полиция, в немецких источниках называемая «ополчением», хотя в истории ополчение создаётся для отражения агрессии, а не для помощи оккупантам. На деле украинские националисты были коллаборационистами в чистом виде. В Галиции, в частности в Дрогобыче, применялась типичная модель оккупации восточных территорий: нацистская власть поощряла создание коллаборационистских формирований и активно опиралась на них, вовлекая их в процесс репрессий, запугивания и насилия над местным населением, порой поручая им работу, которую даже немецкие чиновники выполняли неохотно.
Гетто, депортации и казни
Дрогобыч, город, связанный с нефтепереработкой, был оккупирован в 1941 году. В показаниях свидетели вспоминают создание гетто, насильственное переселение евреев и казни на улицах и во дворах. Еврейское население постепенно концентрировали в гетто, лишали прав, превращали в принудительную рабочую силу для нефтеперерабатывающих заводов, мастерских и общественных работ, а также массово уничтожали — главным образом евреев. Практиковались массовые расстрелы по принципу «коллективной ответственности» за чью-либо провинность перед оккупационной властью. Часто это происходило по доносам украинских полицейских, которым также поручалось проводить расправу. Аппарат управления и репрессий имел несколько уровней: приказы исходили от гестапо и командования других полицейских и военных структур рейха, но их исполнение на территории осуществлялось во многом украинскими националистическими формированиями. Эти формирования были вооружены, имели форму и интегрированы в общую карательную систему. Население оккупированных территорий часто больше боялось коллаборационистов, чем самих немцев.
Свидетельства и практика насилия
Деталь машины насилия: роль украинских националистов рядом с гестапо и «ШУПО».
В материалах допросов, проведённых в Вене, показания принадлежат разным людям, но схема действий описана одинаково. Украинская полиция выполняла не только функции патрулирования улиц и охраны входов в гетто, но и участвовала в обысках домов. В статье International Reporters содержатся данные, в частности, из показаний Регины Кац и Зигмунда Льва.
Регина Кац, швея из Дрогобыча, допрошенная в 1946 году, рассказывала, что видела, как украинская полиция вместе с представителем немецкой охранной полиции ШУПО входила во дворы, била палками и пинала пожилых людей, чтобы заставить их выйти, забирала целые семьи и сопровождала их до места сбора. Тех, кто пытался скрыться, задерживали, избивали и возвращали силой, оставляя на телах следы пыток.
В почти всех свидетельствах есть воспоминания о жестокости украинских коллаборантов. При «зачистке» гетто евреев строили в колонны и вели к месту сбора перед депортацией или казнью. Выжившие отмечают, что сотрудники гестапо и ШУПО руководили операциями, отдавали приказы, распределяли людей по вагонам и формировали отдельные группы, но рядом всегда была украинская полиция с функциями, схожими с жандармерией и другими.
Людьми, собранными для депортации, украинские пособники нацистов управляли жестко, применяя оскорбления, удары и выстрелы для психологического подавления и насаждения страха.
